rusvolvo (rusvolvo) wrote,
rusvolvo
rusvolvo

Русская и Англосаксонская цивилизации. Часть №1

Смысл цивилизации, как и государства в экспансии, в расширении.

А раз расширение, то значит столкновение.

Как сказал один мудрый человек: В мире есть только две цивилизации, способные строить на планете отношения, что смогут простоять века. Это Русская цивилизация и Англосаксонская.

В Русской цивилизации мы живем. Мы являемся ее носителями. Это наша цивилизация. Ее построили наши пращуры. Наши деды ее защищали. Наши отцы передали ее нам, а мы передадим своим детям. И так будет вечно. Я в это верю.

Везде, где создавалась Русская цивилизация сохранились люди различных национальностей, их культура, языки и быт, и прочие традиции.

 1

Англосаксонская цивилизация. Что мы знаем о ней?

Предлогаю узнать побольше, ибо считаю это нужным, а в добавок и интересным. Вот, что говорит о Англосаксонской цивилизации энциклопедия латиниста:

Современные англосаксы привыкли к тому, что о них говорят только в сюсюкающей тональности: их прославляют, ими восхищаются, их язык принято считать международным… Даже и те, кто ненавидит их и боится, говорит о них, мысленно склонив перед ними голову в почтительном поклоне. Нисколько не отрицая того, что англосаксы – это явление феноменальное, предлагаю вниманию читателей несколько иной взгляд на носителей английского языка, английского же менталитета и того расового типа, к которому принадлежит большая часть этих людей. Людей, которых я, автор этих строк, считаю одною из старейших исконно фашистских наций на свете.





О фашизме нынче говорят много и со знанием дела: вот это, мол, фашисты, а вот это вовсе и не фашисты, а какие-нибудь там дорогие нашему сердцу борцы за правое дело.

Полагаю, что критериев фашизма всего-навсего три:

1) Публичное заявление некоей этнической группировки о том, что она, эта группировка, обладает какими-то исключительными правами, каковых прав она не признаёт ни за какими другими этническими группировками. Попросту говоря, это наглое заявление о своём собственном превосходстве.

2) Реальная, а не выдуманная сила: интеллектуальная, экономическая, военная. Чего стоит хвастливое заявление о своём собственном превосходстве, если оно ничем не подкреплено?

3) Длительное (на протяжении многих поколений и даже веков!) успешное функционирование именно такой системы взглядов и именно такой системы поступков.

И это всё. Никаких пунктов больше не нужно. Никакого значения не имеет ни цвет кожи носителей данной идеологии, ни система символов (знамёна, гербы, одежда), ни музыкальное или словесное оформление. Всё отодвигается в сторону перед величием этих трёх пунктов.

Так вот: англосаксы полностью вписываются в эти три пункта.

Возможно, кто-то ещё из обитателей Земного шара обладает этими же самыми признаками, и я даже могу назвать этнические группировки, подпадающие под них.

Во-первых, это поклонники Ветхого Завета и наставлений Моисея о том, как надо порабощать народы.

Во-вторых, это великая Китайская нация – древняя, могущественная беспощадная; там, где живут китайцы, там не выживает больше никто. Китайцы поглощают всех.

И, в-третьих, это великая Японская цивилизация – могущественная, хитрая и жестокая. Возможно, к этому списку можно было бы добавить и арабский вариант фашизма или турецкий, но я сейчас не ставлю себе такой цели – вникать во все эти подробности и предлагаю вернуться к теме этой статьи, которая посвящена англосаксам.

Итак, с какого момента обозначилась чёткая тяга англосаксов к фашистской идеологии?

5-й век нашей эры – это как бы официальная и всем известная дата зарождения английского фашизма. Но, я так думаю, такой поворот в сознании предков этого народа произошёл ещё и раньше, ибо к нему нужно было основательно подготовиться, и такая подготовка не могла произойти в один день, она должна была иметь свою длительную предысторию.

Всем известно, что римляне до 5-го века нашей эры удерживали остров Великобританию под своею властью. А затем добровольно (в силу своих внутренних причин) ушли с него. И тут-то и хлынули на остров племена англов, саксов и ютов.

Вопрос: а почему хлынули? Почему им не жилось в Центральной Европе, где они обитали до этого? Почему после них на материковой части Европы остались огромные пустые площади? Зачем надо было бросать насиженные места – деревни, поля, леса, реки? А ведь остров Великобритания отнюдь не был пустынным, и там жили кельты! Так почему же англы с саксами побросали всё на свете (при том, что никто их не гнал в шею) и бросились на уже давно занятый кем-то остров?

Ответов будет несколько.

Пока на острове стояли римские легионеры, германские племена их боялись и не смели сунуться туда. Они бы получили мощный отпор, и они это прекрасно понимали. Германцы были сильны, но страх перед превосходящими силами – это и было то, что их останавливало. Германцы уважали силу.

Но вот римляне по своим собственным причинам покинули остров, и для германских племён это означало, что путь на него открыт. Остров можно занять и, с удобством поселившись на нём, делать оттуда вылазки на Европу и остальной мир, оставаясь при этом неуязвимыми для иноземных армий. Это было очень умное и дальновидное соображение.

Но почему пришельцы не боялись живущих там кельтов?

Да потому что по предыдущему длительному опыту знали: кельты – это те, кого можно разгромить. У них меньшая организованность и худшая сплочённость. Кельты склонны к внутренним разногласиям; кельтов меньше, чем германцев; кельты – худшие воины, нежели германцы.

Для справки. Кельты – типичные индоевропейцы, ближайшие языковые родственники италийских племён, тех самых, среди которых выделились на известном историческом этапе латины – основатели Римской империи. Долгое время кельты не уступали в могуществе и сплочённости германцам, а в интеллектуальном смысле так даже и значительно превосходили их, но, переселившись с континента на острова, они встретили там выходцев из Средиземноморья – людей неиндоевропейского происхождения с расовыми признаками, не свойственными остальным индоевропейцам. По терминологии Г.Ф.К. Гюнтера – это так называемая «западная» или «средиземноморская» раса. Признаки этого же расового типа имеют нынешние испанцы, португальцы, южные итальянцы и жители Северной Африки. Там же, на Британских островах, с древнейших времён жили и племена совсем уже неизвестного происхождения – языкового и расового. После смешения с людьми этих рас кельты во многом утратили своё былое могущество и стали более уязвимыми. Лишь немногие из них (в основном, северные шотландцы) сохранили прежний нордический расовый облик.

Вот на эту-то уязвимость и уповали новые пришельцы – англы, саксы и юты, которые сами на момент вторжения на остров практически полностью принадлежали к нордическому расовому типу.

Допустим. Но зачем же нужно было навсегда оставлять ту землю, с которой их никто не прогонял?

А затем, что на прежней земле германцам постоянно приходилось сталкиваться с нордическими племенами, равными по мощи и организованности – с такими же германцами или со славянами. А это не всем нравилось; хотелось иметь дело с теми, кто заведомо слабее и менее защищён, чтобы как можно скорее и успешнее поработить их. То есть: паразитировать на них, а также и на жителях континентальной Европы, на которых бы можно было делать успешные набеги.

Это последнее и есть главнейший и подлейший смысл переселения англов, саксов и ютов на остров Великобританию!

Среди германских племён Центральной Европы произошёл отбор по признаку склонности к паразитированию. Такое уже бывало и раньше среди германцев, когда из их общей массы выплёскивался какой-нибудь один вариант, поражавший каким-то одним свойством: франки поражают и до сих пор своим необыкновенным здравомыслием и трудолюбием; вандалы – необузданною жестокостью. Следует заметить, однако, что все буйные варианты германцев непременно погибали по причине глупости и неумеренной воинственности носителей таких менталитетов. Чего не скажешь об англах, саксах и ютах. Эти выжили – и очень даже! Ибо были не только жестокими, но очень умными и хитрыми.

Характерно и другое: за всё время европейской истории после рождества Христова – это ЕДИНСТВЕННЫЙ случай, когда европейцы подобным образом обошлись с другими европейцами. Ситуация с захватом земли и многовековым истязанием местного населения – такое в Европе было только у арабов, захвативших на время Пиренейский полуостров, у монголов в России и у турок на Балканах. Но во всех этих трёх эпизодах пришельцы были не индоевропейского происхождения. Что-то вроде инопланетян. И в любом случае это не тянулось так долго, как это тянется на Британских островах.

Другие пояснения: англы и саксы – это южногерманские племена, юты – северогерманское (скандинавское) племя, от которого произошли нынешние датчане. Англы переселились на остров – практически в полном составе. Юты и саксы – лишь частично. От саксов произошли нынешние немцы. Современные эстонцы до сих называют немцев саксами, а Германию – страною саксов (saksa, Saksamaa). Вполне возможно, что среди племён, устремившихся на остров, была и небольшая часть славян. Совсем крохотная. Современный английский язык содержит в себе слова древнеславянского происхождения, и в облике многих современных англичан можно заметить восточнобалтийские черты, присущие некоторым из славян. Из всех германских народов в настоящее время ближайшим по отношению к англичанам являются фризы, живущие на островах в Германии и Голландии. Фризы говорят на нескольких диалектах (4-6), среди которых ни один не претендует на звание главного. Фактически это несколько языков. И именно они более всего похожи на английский язык. Точнее – на древнеанглийский.

Вот так сложилась английская нация. У истоков её стояла идея того, что можно сначала поработить кого-то более слабого (потому что природная трусость им не позволяла связываться с более сильными!), а затем хорошо жить за счёт порабощённого народа.

О том, как эта идея воплощалась в жизнь на протяжении последующих пятнадцати столетий, хорошо известно. Все эти века были непрерывным избиением кельтских народов, каковое продолжается и по сей день. Кельты оказались не столь податливым материалом, как ожидалось, но в целом замысел удался: с помощью беспрерывных войн, с помощью мер экономического и политического характера, с помощью искусственного голода, с помощью религиозных инструментов воздействия удалось, в конце концов, сломить все эти народы.

Как свершившийся факт мы видим: ирландцы и шотландцы практически полностью забыли свои собственные языки и перешли на язык своих поработителей. Примерно то же самое можно сказать и о валлийцах, хотя и в меньшей степени. Некоторые кельтские народности исчезли бесследно. То обстоятельство, что на голову самих англичан в 10-м и 11-м веках обрушились пришлые завоеватели, ничего не меняет в истории этого народа. Норманны оказались слепленными из того же материала и, в конце концов, растворились в массе англичан, лишь усилив в них наклонности к завоеваниям и высокомерию.

Англичанам странным образом не пришёлся по вкусу католицизм, накладывавший на них чрезмерные нравственные ограничения. Им всегда хотелось жить в своё удовольствие и как можно меньше накладывать на себя трудных обязательств. Поэтому они создали такой вариант христианства, который в наибольшей степени сближал их с последователями иудаизма. Любовь к роскоши и к наживе, оформленная в религиозные оправдания – это специфическая черта английского лицемерия.

Поразительное сходство англичане проявили и с уже упомянутыми выше китайцами. И тут нужно сделать небольшое лингвистическое отступление и рассказать об особых свойствах китайского языка.

Дело в том, что китайцы народ очень и очень рациональный. Так же, как и англичане, для которых эта черта – одна из важнейших. Так вот, в китайском языке нет ничего лишнего: падежей, склонений, спряжений, времён, чисел, степеней сравнения. Китайские слова не делятся по составу на корень, суффикс, окончания и приставки. Они вообще ни на что не делятся. Фактически китайцы не знают частей речи. Некоторые лингвисты, считают, что у китайцев изредка различаются существительное и прилагательное, но с этим мнением можно поспорить.

Китайское слово – это один-единственный слог. В начале этого слога может быть не больше одного согласного, в середине – один гласный или дифтонг, а в конце – или ничего совсем, или один из двух допустимых согласных. Понятия «слог», «слово» и «корень» в китайском языке полностью совпадают. Рядовой китаец не способен произнести иностранное слово (чью-то иностранную фамилию или название иностранного города), если они не состоят из слогов, не существующих в китайском языке. Например, сказать «Ленин» они могут, у них возможны оба эти слога, но сказать «Стокгольм» или «Братислава», не исказив до неузнаваемости этих слов, они не в состоянии. Ударение в китайском языке падает на каждый слог в отдельности, а отсюда и крайне специфические особенности китайской поэзии и китайской музыки.

Англы, саксы и юты – это были типично индоевропейские народы, в языках которых присутствовали все черты, свойственные индоевропейцам: падежи, числа, времена, суффиксы, окончания и прочие вещи, которые, с точки зрения китайцев, кажутся чистейшим безумием. Задача китайца – высказать мысль как можно быстрее, как можно короче и как можно проще. Китаец – человек дела. Его не интересуют эмоции и подробности, ему важен только конечный результат: заселить Землю как можно большим количеством себе подобных существ, которых нужно родить и прокормить. И тут не до шуток, и не до разговоров. Размножение – это не шутки, это очень серьёзно.

Так вот, за то время, что англосаксы прожили на своём острове, они проделали со своим языком такие операции, что он стал после этого максимально приближаться по своей структуре к китайскому.

Современный английский язык – самый НЕиндоевропейский по своей структуре, если, конечно, не считать армянского, у которого для такого несходства с остальными индоевропейскими языками имеются очень уважительные причины. Английский язык лишился большинства падежных и прочих окончаний, слова в нём упростились и многие умещаются лишь в рамках одного-единственного слога – как в китайском языке. Из-за этого возникло громадное количество совпадений: write – right, eye – I, no – know, main – mane. Омонимия всегда была позорным явлением любого языка. Например, в русском языке, слов типа лук (оружие) и лук (овощ), ключ (инструмент) и ключ (родник) – очень мало. Русские, как и большинство других индоевропейцев, не любят омонимов. А англичане к ним относятся совершенно спокойно. Так же, как и китайцы, где это явление (что правда, то правда) развито во много раз сильнее, чем у англичан.

Многие грамматические формы, которые были в древнеанглийском языке, ныне исчезли бесследно. Фактически англичане учинили полный разгром всего того, что получили в дар от своих индоевропейских предков. И целью этого избиения было торжество рационализма. В этом смысле они пока ещё не сравнялись с китайским языком, но то, что движение идёт именно в эту сторону, это несомненно.

Хемингуэй по простоте душевной попытался вернуть в английский язык утраченные падежные и глагольные окончания. В своём романе «По ком звонит колокол» он всё это решил возродить, да ещё и стал употреблять давно забытое английское местоимение thou со значением «ты». Стоит ли говорить, что его инициативу никто не поддержал!

Англичане любят утверждать, что они прямые наследники Древнеримской Цивилизации. О том, почему это ложь, я скажу лишь с точки зрения лингвистики. В английском очень много слов латинского происхождения. Но то, как они произносятся по-английски, невозможно объяснить избыточным рационализмом. Это просто глумление над Великим Латинским языком. В самом деле, английское слово nation и латинское natio пишутся очень похоже. Но как они произносятся? В английском варианте от латинского слова остаётся лишь самый первый согласный, а всё остальное пропадает и заменяется чем-то другим, ничего общего не имеющим с латынью. Точно так же: английское слово future и латинское слово futurum. Примеры можно было бы и продолжить. Англичане имеют в своём языке слова, о которых заявляется, что они латинские или греческие, но те таковыми на самом деле не являются. Это какие-то новые слова, какого-то другого звучания. Неспособность англичан сколько-нибудь уважительно отнестись к словам иностранного происхождения очень сближает этот народ с китайским. Причём китайцы проявляют при этом намного больше порядочности. Они изображают иностранное слово своими иероглифами и произносят его как могут. При этом китайцы не навязываются в родственники и идейные наследники этим иностранцам, как бы говоря при этом: а мы и сами по себе чего-то стоим и без всяких родственников.

Кстати, по поводу иероглифов: писать латинские буквы, которые не читаются совсем или вместо них читается что-то совсем другое, это означает – просто рисовать. Иероглиф рисуется, а кто-то другой смотрит на него затем и вспоминает, что должно иметься в виду под этим узором. Иероглиф не содержит в себе никаких фонетических признаков, он только напоминает одним своим видом о том, что хотел высказать человек, нарисовавший этот знак. По этой причине одни и те же иероглифы с одним и тем же значением встречаются в трёх совершенно разных и не родственных друг другу языках – в китайском, японском и корейском. Китаец, японец или кореец смотрят на этот рисунок, вспоминают, что он означает и, таким образом, получают одну и ту же информацию, притом, что в каждом из этих языков это слово произносится совершенно по-разному. То же самое и в английском языке: рисуются буквы таким образом, что они напоминают какие-то слова из других языков. Эти слова понятны немцу, французу, итальянцу, но они произносятся совершенно по-другому, потому что для англичанина буквы не очень-то и нужны. Ему нужен лишь правильный рисунок. Если буквы будут складываться в слово «Манчестер», но будет принято считать, что это на самом деле написано «Ливерпуль», англичанин спокойно прочтёт: «Ливерпуль»! Фактически англичане низводят буквенную письменность до иероглифической, опять же уподобляясь китайцам, а не древним римлянам и грекам, которые писали так, как слышали!

Вот я пытаюсь представить себе, что я англичанин, пишущий слово «knew». Что я при этом должен испытывать? Вот я написал букву «k», которая не произносится в этом слове совсем. Зачем я это сделал? Есть разумное объяснение: чтобы не перепутать это слово с другим, а именно «new»; пусть эти два слова – knew и new – хоть на бумаге различаются, если уж в жизни они стали звучать одинаково. Затем я с чистою совестью пишу букву «n» – единственную, которая на самом деле есть в этом слове. Затем я пишу гласную букву «e», вместо согласной буквы «j», которая здесь на самом деле звучит. Затем я пишу согласную букву «w», хотя мне нужно было бы изобразить долгий гласный «u». И, наконец, я написал это слово. Нарисовал иероглиф, вместо памятника буквенной письменности. Зачем я это сделал? Что я этим доказал? То, что я дорожу памятью предков, которые это слово писали так, как я его сейчас написал? Но ведь я его на самом деле так не произношу и, стало быть, не сохранил достояния предков…

Если даже допустить в этом ритуале какую-то мистическую составляющую, то и тогда это какое-то очень формальное объяснение в любви и преданности в адрес пращуров. Формальное и неискреннее. Лживое даже. Оно делается в расчёте на то, что духи предков, наблюдающие за нынешними поколениями из своего далека, ни черта не понимают, и этих предков можно обмануть…

И тогда возникает подозрение: может быть, англичане так же точно общаются и с Богом – говорят ему одно, а делают что-то другое? В расчёте на то, что Бог ничего не соображает и его можно обдурить.

Ситуация, когда пишется одно, а говорится совсем другое, – это самый настоящий обман. Такие люди способны провозгласить одно, а сделать что-то совсем другое; они напишут закон или конституцию, а потом сами же не будут их выполнять. Обман, жульничество – часть менталитета этих людей.

Завтра будет часть  два.



Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments